Я мучусь тихонечко нырять(?)

В небытие воспоминаний

Мне часто хочется кричать

От прошлого от осознанья

Когда мне грустно. Я пою.

Когда мне страшно Я кричу

Или вот…тихонечко свищу

И я когда нибуть взыщу(?)

Иль зубы с треском вколочу.

 

 

И вот еще один кусочек моей жизни. который жжет в груди и я выбил им себя. Запустили машинку грусти, печали, боли. Уже второй день идет после группы. Я не хочу ничего делать, ни тренироваться, ни работать. Написать работу это тоже вчера в четверг не мог себя заставить, или не мог себя упросить. Я знаю, что со мной происходит. Я в шоке, легком таком шоке. Вчера я выключил в себе все, всю жизнь, все желания. Лишь бы не было больно. Я напился, ну то есть заглушил боль. Я впрямую водку в себя не вливал. Я целый день провел возле компа. Что-то переделывал, что-то чистил, усовершенствовал, переустанавливал, и с головой был в бегстве от себя, от моей боли.

  История эта продолжение цикла Я – жена - и наш секс.

  Апрель 1992 года, я возвращаюсь из Польши с гипсом на правой руке. Ебнул одного поляка с правой и не удачно, об его лицевую кость сломал себе кость  кисти. Этот перелом был точкой. Точкой итога, точкой нового отсчета.

  Их таких точек было много в моей жизни, но сегодня вот эта.

  Осень 91-го. Я, жена и еще одна пара знакомых приехали в Польшу, челноки. Только тогда мы перли из СССР на базар много всячины. Ну и конечно же водка. Много было водки. Ее и пили без меры, и продавалась она тоже без меры полякам алкашам.

  Вообще эта коммерция была трудная. На нас с женой тогда наверное килограмм 150 груза было, и это все надо было перемещать по вагонам, электричкам, с базара на базар., в гостиницу. Прибавить к этому таможню, рэкет, ну и всякие неурядицы и все есть тяжело. Тяжелая работа и как себя расслаблять водка. Другого в моем арсенале тогда не было. И водки тогда было много. Очень много. Замкнутый круг у меня в голове тогда уже был. Пахота, вечером водка до дури. И снова пахота, и снова водка. Это я сей час понимаю, что тушил вод кой было заодно тушил и мозг.

  И вот в одной из пьянок с местными выяснилось, что в этом городе есть женская волейбольная команда. Жена совсем недавно закончила свой спорт. Выступала за команду мастеров. Для Польши это был уровень. Все срослось очень быстро, через полчаса в эту компанию влился администратор этой команды, редкий пропойца. Отдельно скажу, алкоголизм, это … черта поляков.

  Так мне виделось на том уровне жизни и в той обстановке. И соответственно у меня тогда было мало умения, да и впрочем желания противостоять водке. Вообще, с приходом поляков в мою жизнь, водки добавилось в два раза.

  Администратор за литр водки быстро состряпал смотрины в команду. Команда была первой лиги. И вообще, польского женского волейбола тогда просто не было, по сравнению с советским. Жена два года мяч в руки не брала, и произвела фурор. Владелец команды, кстати, удивительно – поляк а я его ни разу не видел при водке, начал с наезда. Если мы хотим большей суммы, то это ни к нему. Он может предложить жилье, пить 3 раза, ну и … все, ну и какую-то мелочь на мелкие расходы. Знакомый поляк Адам, с которым мы были крепкими водочными друзьями, сказал: «Он купил себе раба – бесплатного раба». А я ему с упоением объяснял. Адам для нас это шанс.

  Тут есть причина. К тому времени я уже наверное года два как мечтал и предпринимал шаги уехать, эмигрировать из СССР.

  А тут такой шанс зацепиться, хотя и в вонючей Польше, в заштатном городке.

  Все, план созрел, моментально, как молния. Блеск в мозгу, удар. И вот плохо соображающий от водки мозг и раненная, больная душа, высветили единственный правильный для меня тогда путь, дело. Через две секунды я в своих мозгах выточил лозунг «Цель оправдывает средства». Ну конечно же ее нужно осуществить эту задумку.

 И я тогда почувствовал энергию, бешеную энергию в себе. Тотальность, своротить все и вся. Это был напор, теплый радостный напор в груди под лозунгом «Я должен добиться и я добьюсь». Все я поймал клина, я тогда только просыпался и засыпал с этой мыслью.

  Это я сейчас понимаю, что это навязчивость, опасная навязчивость. А тогда это было все, смысл жизни, бешеная энергия. Эта энергия, это дело разукрасили тогда мою жизнь, она радовала, вдохновляла, соревновала, это был кайф. Все мечтал, я эмигрирую, и счастье наступит. Что оно, какая оно составляющая этого счастья, меня не волновали, их просто не было. Была цель, которая спасала, давала смысл жизни.

  И первым, кто попадал под нож цели, моя жена, нежный, добрый, трепетный человечек. Тогда была уверенность, что нет таких страшных вещей, поступков, которые должны мешать достичь цели.

  Все, жилье, хоть какое-то в Польше есть, пожрать тоже, буду челночничать из Союза сюда. Насобираем денег и отвалим в страну счастья, в Германию, может и в Штаты. А в Штаты через фиктивный брак. Все, срочно домой, разведусь «фиктивно» с Леной, буду Штаты брать браком с американкой. Все, понеслось.

  Жену убедил быстро и оставил в Польше в команде, и развелись фиктивно. Обещал приехать очень быстро.

  Добавлю, что вся эта история еще замешалась на деньгах, точнее на их отсутствии.

  Под отъезд я получил от владельца команды еще четыре мощные торпеды. Хотя, меня уже несло конкретно. Помню от чувства постоянного счастья и приливы даже водки не спасали.

  Так вот четыре торпеды. Под отъезд владелец команды мне сказал:" «Мне нужна еще одна волейболистка, русская в команду». Оп па, мелькнуло в голове, заработаю и не плохо заработаю. Он вдогонку: «И еще у меня футбольная команда есть, туда бы тоже я двух футболистов взял». В голове, все пиздец, озолочусь наконец таки. А он мне вдогонку: «А еще я непрочь форму спортивную закупить для этих двух команд, по сходной цене». Я в нокауте, как Киса Воробьянинов, от мысли: «Какое же это количество денег».

  Все пизда, я и так был в беспамятстве,  а тут еще получил такой заряд. Мысли и чувства с того момента стали напоминать бешеную скачку, я добавил темпа. Сейчас я расценил бы это как «Припадок». А тогда это был звон в ушах и полет, полет, полет к светлому счастью.

  В Союзе все очень быстро срасталось. Как я себе внушал великолепно.

  Денег на спортивную форму для первой партии не было, но не беда. «Цель оправдывает средства» я занял их у людей плотно работавших с мафией. Сумма была не маленькая 10000 рублей! С трудом закупил спортивные костюмы при этом на деньги «кинул» двоих. Бывшего одногруппника и хорошего знакомого. Под лозунгом «Будущее счастье все спишет». Футболюги тоже нашлись быстро. Пообещав мне по 400долларов с носа, но только с первой зарплаты, укатили в Польшу. Волейболистка подвернулась тоже. Подруга жены, действующая спортсменка МС СССР, которая за два дня до моего возвращения из Польши ушла из команды со скандалом. Девушка с таким твердым спортивным характером. И снабдив ее первой партией спортивных костюмов, я ее отправил в Польшу. Надо сказать, эти трое заразились от меня счастьем. Все были на подъеме, ни у кого даже тени сомнений не было. Чужая страна, чужие нравы. Поляки тогда уже давно были в капитализме. А мы все думали, что только бы за границу, там рай. Да и я светился и спал такими перспективами. И в этот нарисованный рай я пригнал всех без разбору. Я был в полете. Родители тоже попали под мои чары, я их тоже оглушил моим внутренним напором скорого счастья. Прошло 4 месяца, прежде чем я вернулся в Польшу.

  Как потом понял, жене досталось за это время. Пришлось самой решать многие проблемы. Как потом узнал, и приставания мужиков, и гнев взрослой жизни , и сплетни и грязь бытия. Все на нее внезапно обрушилась. Взрослая жизнь тяжелая штука. Приехавшая подруга поддержала на некоторое время, но тоже быстро сломалась.

  Перед отъездом, подруга на моем подпеве послала бывшую команду. И двинула речь: «Вот вы педарасы меня не цените по достоинству. А я еду в Польшу. И это у меня счастье наступит полное и неотвратимое, а у вас заканчивается». Все мосты она сожгла.

  Ну и водка в их жизни появилась, как успокоительное. Каждый вечер, так под разговор, печаль скрасить. Далее мужские компании под водочку, тоже скрасить одиночество, без секса, так, чтобы внутри не болело, пофлиртовать. Пошли сплетни по городу. «Две русские бляди». Это еще добавило тяжести. Город на них ополчился.

  И я , приехав, неприятно заметил, что водка у них каждый день, и до очень пьяного состояния. Инициатором пьянки была Лариса, подруга. Я даже закаленный на то время алкоголик был шокирован. Вот тогда я узнал первые пьяные агрессивные речи жены.

  Это возвращение было для меня во многом шокирующим.

  Мощный вихрь, который я закрутил несколько месяцев назад, поломал многих вокруг меня, начал раскручиваться со страшной скоростью в обратную сторону.

  Это был удар, многослойный удар или разносторонний, и тяжесть была неимоверная и длилась очень долго. И если это счастье было с…(?) и цель одной и почти достижимой, то удар, который я подготовил себе, распался на много составляющих и они растянулись все, переплелись друг с другом, наслоились, и я уже ничего не мог сделать с ужасом, который сам себе сочинил и включил.

  Так вот, приехав я увидел картину маслом. Бабы в глубокой депрессии, одна другую тянули в свои ужастики и обе напивались. Разношерстные компании от местных малолеток до серьезных русских бандюков-наперсточников, у которых сроки и отсидки за плечами.

  И сплетни, сплетни, слухи по городу. Вот тогда я понял, что жопа обычно начинается с одной жопы, а не нескольких.

  Первое, волейбол был в жопе. Нет, они играли и были лучшими по всему югу Польши, но это не были те мастера, которых я знал, это была уже водка. Второе, слухи по городу, и я даже понял, что это дало повод владельцу клуба кинуть меня на спортивные костюмы.

  Дальше сработал принцип лавины. Первые две недели я пил с ним. Приезд, весточки из дома, тихие вечера заканчивались пьяными обвинениями жены во всех моих грехах. А повод я давал на протяжении всех 4 лет на то время нашего супружества. Я ощутил между нами конкретный раскол. Взаимоотношения наши уже 2 года были поводом для скандалов. И секса не было.

  Я решил, надо спасать жену «Было што» - но в этот наш раскол активно стала вмешиваться Лора. Своенравная дама поняла, если я Лену увезу, а я начал именно этот крок под названием «Жена, давай вернемся домой и начнем все с начала». Ей здесь пиздец одной, в прямом смысле. Мосты она сожгла, возвращаться стыдно. Все, ее фронт образовался там в Польше за подругу, за себя. Блядь, как мне везет на интриганок, с истерикой кричащих «Все мужики сволочи».

  И далее война в своем собственном доме, в тылу – тяжелая вещь. Страшно противостоять женщине, когда она, как говорят в Одессе, «Имеет всем что-то сказать». А если их две, да еще у них есть флаг, ЭКОНА – «Все кобели суки», то шансы мои, и я почувствовал это, нулевые.

 Затяжной бой был в разгаре, я несколько раз от безумия и бессилия пытался отпиздить Лорку, но нарывался на такую защиту со стороны жены, что отступал. Весь этот винегрет был густо заправлен водкой.

 С утра я на базар, пил потихоньку там, они на тренировку, вечером встречаемся и напиваемся до разборок.

  Владельцу клуба тянул с ответом по поводу покупки спортивных костюмов, выжидал тварь. Ну и объявил в конце концов цену, по которой купит их, ровно в половину дешевле от цены закупочной. Рассудил, наверное, пидор, что мне не до того сейчас, и что с двадцатью костюмами пятого роста и 52 размера, мне на базаре делать нечего.

  Я продал, получил на руки со всеми вычетами 4000. вложил 10, а получил 4. жена, здравствуй, еще одна.

  И этот остаток пустил, тупо пустил ни на что. Товар, который привез с собой из Союза, уже давно проели и пропили. И эти деньги пошли на то, чтоб хоть как то поддерживать отношения с женой. Мелкие подарки, еда, такой жратвы они отродясь не видели, ну и водка, водка, ликеры, вина. Этого вида подношения моя любовь принималась. И мы вместе заглушили боль, тоску, у каждого была своя боль.

  А подспудно прошел страх фоном, что эти деньги нужно отдавать мафии, без вариантов, а отдать нечего. О родителях тогда даже не подумалось. Нет, думалось, но представил себе, что, как мать в истерике будет давать мне оценки. Нет, понял я , это еще страшнее.

  Разрядку, грубую, дикую я искал, подготавливал, нашел. Наш товарищ по алкоголическому цеху поляк Адам как то попросил помочь. Чего-то там пойти купить, помочь ему принести с базара. Идем…встретили его знакомого, они слово за слово. И вдруг у этого знакомого выдается такая фраза: «Адам, дружище, скажи, ты этих двух баб русских, ебешь по очереди или двух сразу?» то ли он не знал, что я муж, то ли знал, но думал, что по-польски я не понимаю. А я думаю, что все он знал. Но мы так втроем накалены страстями пьяными, этот маленький польский городишко. А мое появление должно было что-то решить. А оно не решило. И я только присоединился к этим пьяным разгульным компаниям.

  А, значит, у них там в Союзе это блядство норма! Но мы-то тут люди цивилизованные, истинно верующие, не дадим блуду жить в нашем мире, затравим русских.

  И вообще этот русский допускает такое со своей женой, он не мужчина. Приговор . и этот приговор, общественный приговор, дал ему право так сказать. Лавина, снежная лавина, падения, она набирала обороты.

  Реакция моя была мгновенной, но полностью агрессию я тогда не выплеснул. Я и так почти всегда тогда прибывал в прострации, а тут драка. А драка для меня не просто страх, ужас, а если я зачинщик, то многократное умножение + без границ вина.

  Дальше больница, рентген, перелом, вправили, гипс. В гипсовочной на здоровую руку полицейский одевал наручники, ищет куда приковать вторую часть. Гипс от середины предплечья, вбирает в себя мизинец и безымянный палец. Позже узнал, что этот вид гипса и называется кукла, так как от боли, которая догнала через пару часов, пришлось помнить эту куклу недели две.

  Далее полицейский участок, радость и страх одновременно, увидел потерпевшего, вместо лица два лица. Эко беднягу раздуло. Объясняю все на плохом и волнующемся польском местным операм. Правда на моей стороне. В связи с отсутствием состава преступления отпускают. Возвращаюсь домой. Мягко сказать «Дамы в шоке». Резонанс, город гудит. «Аааа, русская мафия, нас всех порежут». Осуждение дам, вечер, водка до всирачки, ожидание суда Линча. Утром проснулся на подушке, еще подушка руку от гипса раздуло, страшно.

  Авторитет пришел сразу же. Бздивые поляки смотрят с уважением, чувствую спиной. А самое главное, девочки воспряли. С ними рядом мужчина. Приятно. Поразительно, что с этим переломом в прямом и переносном смысле я стал еще более мужчина, а поразительно, что я подгадал его аккурат на день рождения мамы 18 марта.

  Тогда я выиграл битву, очень важную битву, но войну я проигрывал, жена ни  в какую не хотела ехать со мной в Союз, и подруга не давала ей. Деньги заканчивались, кредиторы дышали в спину. Я отступил с желанием найти деньги на новую партию товара и вернуться забрать жену. Уехал, через два дня по возвращению в Союз, проводил к жене в Польшу нашего общего товарища, челнок тоже. Он вернулся, и я почувствовал что-то не ладное. Он не объяснял, только твердил, что мне надо с ситуацией что-то делать. Позже, когда я все узнал, я сказал ему « Сука ты, Макс». На что он ответил «Я думал, это ты ее избил».

  А история оказалась до режущего ужаса проста. Только я уехал, девочки мои во все тяжкие. Занесло их пить водку в компанию к бандюкам-наперсточникам. По-видимому, попив и погуляв за их счет, девочки начали прощаться. Со мной это было десятки раз – это «Динамо». Я ругался, одной даже поджопников надавал и все. Но девчонкам не повезло. Надеюсь, им сначала культурно объяснили расклады. Но получилось по иному, их били. Эти последствия и видел мой приятель Макс. Били по-видимому долго, так как Макс был в шоке. От увиденного, это он тоже рассказывал. И, по-видимому, они сопротивлялись до последнего. Окончанием было то, что один из них вытащил газовый пистолет и бил рукояткой по голове моей Лене.

  По ужасу, с которым она мне все это рассказывала, я подумал, наверное, убили бы. А гордая, упрямая Лорка – Зоя Космодемьянская, сказала лучше смерть. И моя добрая, мягкая, нежная Лена попросила Лору не трогать и сделала все сама. Да, сука, тяжело такое знать о родном тебе человеке, тяжело знать, что было их пятеро.

  И очень тяжело было слышать от нее, от Лены, этот рассказ глаза в глаза.

  Тяжело было от того, что эти признания были сделаны пьяной, очень пьяной.

  С ненавистью, кипящей, как яд и с целью вбить гвоздь, последний решающий гвоздь в гроб наших взаимоотношений.

  И написать на гробу: «Сволочь, ты продал меня, мою любовь к тебе, порвал в клочья юность. Уйди, тварь, оставь меня».

 

 

 

 

 

Пятница 16 мая 2008г.

Сел писать за стол в 10.00

Сейчас 19.30

 

                                                                                 Тяжело, п...ц, как тяжело.

 

 

 

 

 

 

 

---

Запись на прием: Мы временно не работаем. Следите за объявлениями.

Другие виды услуг: -